Elenhild (elenhild) wrote,
Elenhild
elenhild

Золото, серебро и железо

Ей больше подошло бы имя Сив. Она была золотой - золотые волосы, топазовые глаза. Среди черных и рыжих братьев и кузенов - как осколок солнца. Косы убирала короной вокруг головы, свободные пряди от висков и вдоль щек унизывала самоцветными колечками. А на пальцах колец не носила – говорила, неудобно.
Когда они все вдруг лишились дома и имущества, она вынула из волос колечки и заколки, гребни и подвески – до последнего – и продала. Они тогда оказались посреди пустошей кто в чем был - хорошо хоть, с оружием - и все, что ни нашлось, выгребли и продали, поснимали с волос и с пальцев, все серебряные пряжки с одежды поотрывали, лишь бы детей прокормить. Не гнушались работой - вставали молотобойцами в жалких людских кузницах, ковали черное железо и лили бронзу, и долгие годы единственным золотом в семье были ее волосы да кольцо деда. Она работала с братьями наравне, искала рудные жилы и источники воды.
Шли годы. Они построили себе новый дом, и в сокровищнице стало копиться золото. В ее косах вновь засияли самоцветы. И каждый раз, возвращаясь из похода, братья, родные, двоюродные и троюродные, успокаивались только тогда, когда видели среди черных, седых, рыжих голов сородичей - золотую.
После войны, в которой они потеряли слишком многих, она наконец-то вышла замуж. Золотая принцесса, видящая сокрытое в недрах, вышла замуж за простого кузнеца незнатного рода, да к тому же хромого. До битвы у Черной Реки был Вили огненно-рыжим, после - вернулся белым.
А сыновья у них родились - один золотой, другой черный.
Время шло - крутило колеса шахтных подъемников и водяных мельниц, гудело пламенем в горнах. Выросли сыновья - светлый, как золото, и черный, как железо, отрада матери с отцом, надежда дяди, которому раньше срока побило сединой черные кудри и бороду.
Пели за работой об утраченном доме, украшали доспехи золотою насечкой, вздыхали о потерянном могуществе и похищенных сокровищах.
И вот она дома. Снова в тех палатах, где жила, покуда не случилось беды. На рассохшейся прялке вместо кудели - серая паутина слоями, в брошенной чашке - закаменевший осадок, все, что осталось от глотка дорогого привозного вина, недопитого в роковой день.
В пламени горна иногда слышится ей голос младшего брата, сожженного у Черной Реки. Не до гробниц тогда было, не до резных камней, только и смогли, что сжечь убитых. Рыжий он был, как пламя, в пламени и остался.
Старший же спит в сердце горы. Руки его сложены на рукояти эльфийского меча, на груди сияет дивный камень. В его сиянии белые прядки в буйной черной гриве горят чистым серебром. По правую руку от него спит вечным сном светлый, как золото, по левую - черный, как железо.
Вили, сын Ве, раздувает пламя в горне, качает тяжелые мехи. Седая борода заправлена под серебряный пояс, на голых плечах вздуваются мышцы. Бьет по металлу молот в руке его жены, сияют солнечным, золотым огнем глаза на темном от копоти лице - Дис, дочь Траина, сестра Торина Дубощита и Фрерина Сожженного, мать Фили и Кили, золотая принцесса Подгорного царства, кует себе секиру для последней битвы эпохи.
Tags: jrrt, Я так вижу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments